soothe2-re/handoff/BLOCKMAP_529fe0.md

BLOCK MAP: FUN_180529fe0 (полная разметка по raw asm, 22v)

Источник: handoff/nls_dasm/f529fe0_full.dis (soothe_mem.bin, база 0x180000000, диапазон 529c60–52ba00; старый f529fe0.dis был ОБРЕЗАН на 52a813). Регистры: r13 = индекс полосы, r12 = state-ptr ctx+0x440518, esi/r8d = nbin, rbx = nbands ([rsp+0x30]), rdi = ctx. Флаг 0x5408b8 выбирает float/double вариант thunk-операций (семантика пар идентична).

Исправление адресации (главное)

«Скалярные» буферы NOTES 21b — МАССИВЫ пер-полосных векторов (шаг 16 байт):

• bands[i] = [ctx+0x540678+i·16] — кривые полос
• acc[i] = [ctx+0x5407c8+i·16] — ПЕР-ПОЛОСНЫЙ аккумулятор combine
• track[i] = [ctx+0x540768+i·16] — трек основного цикла

Thunk-таблица (ILT-стаб 180001xxx -> jmp [table + idx*8], idx @1826159a0)

Резолв при live idx=4; семантика из тел + NOTES 21b:

стаб float	стаб double	impl	op
0x180001f10	0x180001c70	dc40 / 8d60	dst = B − A (sub)
0x180001fa0	0x180001940	ee20→487a0 / 3c40	fma att/rel половин
0x180001d60	—(встречен в 1b80-паре?)	— / 5a20	dst += B (add)
0x180001970	—	3f40	sub (float)
0x1800019a0	—	4200	mul scalar? (делегирует 181a63fe0)
0x180001a00	—	4720	mul
0x180001a60	—	5160	sub DOUBLE
0x180001850	—	25e0	add DOUBLE
0x180002000	0x180001c40	?	axpy-класс (band ⊕ track)
0x180002060	0x180002120	10860/11940	transform со скаляром xmm3
0x180002270	0x1800022a0	14c40/15060	transform со скаляром xmm0/xmm1
0x180002030	0x180001d30	?	transform float/double
in-place кернелы		140950/140980/1409b0/1409e0/140a40/140ad0/140b00/140b60	bigkernel-семейство (exp2/mask)

Карта блоков

Пролог

• 52a03a–52a396: PRNG-пролог. LCG state @ctx+0x2404e0, шаги +0x3cdca, +0x140236, +0x10d56, +0xdf6b6, +0xa8c5e, +0x72916; LUT ptr @ctx+0x5408b0; константы 262b704/262b5c8(int)/262b700(int)/24c3c58. Результат: индексы iVar7/iVar8 ([rsp+0x130]/счётчики) и стартовая позиция цикла. Live-поведение залочено раньше (fVar30=1).
• 52a397: r14 = &bands[0].

Pre-combine #1 (52a397–52a421)

• 52dbc0(f6f8_data, bands[0], nbin) — copy bands[0] → f6f8.
• цикл i=1..nbands−1 по массиву @0x540688 (= &bands[1]!): transform(f6f8, bands[i]) через 20f0(float)/1850(double=25e0 ADD). ⇒ f6f8 = Σ_{i≥1} bands[i] (или min/max — точный op 20f0 не залочен, кандидат ADD по double-паре!).

Нормировка + mix-вес (52a421–52a458)

• 52d920(f6f8, xmm11/[rsp+0x148](int), nbin) — f6f8 /= K.
• xmm7 = powf([ctx+0x2c], xmm13) — mix^p.

Pre-combine #2 (52a45e–52a4f6) по всем полосам

• band[i] *= (xmm11 − xmm7) [thunk 2030/1d30]
• f6f8 ⊕= ... с весом xmm7 [thunk 1fd0/2150] ⇒ взвешенное смешение кривых полос ДО основного цикла.

Основной цикл по полосам (52a4fb..52b3c7, тело с 52a580)

На каждую полосу i (r13):

1. scale (52a583–52a5c4): s = xmm11·[0x540870]; если флаг 0x5408b8: s ← exp(PRNG)-ветка; затем ·[0x54088c]. Читается track_i (@0x540768[i]) в [rsp+0x40].
2. transform(bands[i], s) (52a5cc–52a607): bands[i] *= s [2030/1d30].
3. флаг-оп (52a608–52a645): transform(bands[i], bands[i]) через 140980/1409b0 (bigkernel, вероятно exp2-кернел) — только при флаге.
4. 52d650(state@0x440518, f6f8, bands[i], nbin) (52a646–52a658) — БИДИР-IIR #1: band → f6f8 (double, коэф down@0x440528/up@0x4c0528, acc@0x540528, reset внутри).
5. Инлайн БИДИР-IIR #2 (52a65d–52a85a, только при флаге; иначе прыжок на 6): вход f6f8 → выход bands[i] (тот же state 0x440518, reset отдельно).
6. transform(f6f8 ⊕ bands[i]) (52a85b–52a896) [1970/1a60 = 3f40 SUB float / 5160 SUB double]: f6f8 −= bands[i]? (аргументы rcx=f6f8, rdx=band).
7. БИДИР-IIR #3 (52a897–52aa6e, инлайн): state base 0x3404f8 (down@0x2404f8, up@0x2c04f8, acc@0x3404f8), длина из поля ctx+0x2404e8, IN-PLACE по bands[i]. Reset каждый вызов.
8. op(bands[i], скаляр xmm9=0?) (52aa6e–52aaaf) [2060/2120].
9. Ветка флага==0 (52aabc–52ab90):
   • op(vec@0x540698, f6f8, scalar=(конст1 − [0x54087c])) [1a00/1be0 = mul]
   • op(f6f8, scalar=[0x54087c]·xmm10) [2270/22a0]
   • bigkernel 140b60/140950(bands[i], f6f8, bands[i], nbin)
10. COMBINE (52ab90–52abd7): acc_i = [0x5407c8+i·16]; op(rcx=acc_i, rdx=bands[i], r8=f6f8, r9=nbin) [1f10→dc40 float-SUB / 1c70→8d60 double-SUB]: f6f8 = bands[i] − acc_i ✓ NOTES 21b.
11. Половины f6f8 + fma (52abd7–52ad04):
    • rbp = f6f8 + nbin (верхняя половина); op(f6f8_low?, ...) [2060/2120, scalar 0]
    • op(rcx=f6f8_upper, rdx=vec@0x5406c8, r8=acc_i) [1fa0/1940 = 3c40 fma]
    • op(rcx=f6f8_lower, rdx=vec@0x5406e8, r8=acc_i) [1fa0/1940] ⇒ fma с коэф-массивами 0x5406c8 (upper/att) и 0x5406e8 (lower/rel) ✓.
12. acc_i += bands[i] (52acf4–52ad03) [1b80→6840 / 1d60→5a20 add] ✓.
13. Ветка флага!=0 (52ad04–52ae57): повтор п.9 с теми же адресами (0x540698, f6f8-blend, bigkernel 1409e0/140ad0).
14. op(bands[i], скаляры 0x1824c4680 / xmm13) (52ae58–52ae56 хвост).
15. bands[i] ⊕= track_i [rsp+0x40] (52ae74–52ae8a) [2000/1c40].
16. op(vec@0x5406a8, bands[i]) (52ae8f–52aecа) [2000/1c40].
17. флаг → bigkernel in-place 140980/1409b0 (52aecb–52af08).
18. БИДИР-IIR #4 ×2 (52af09–52b2af и повтор 52b0de–52b2af): state base 0x440510 (down@0x340510, up@0x3c0510, acc@0x440510), длина ctx+0x340500, in-place bands[i]. ДВА прохода подряд (каждый с reset).
19. Финальные scale/op полосы (52b2af–52b3af):
    • скаляр [ctx+0x1c+i·4] · xmm14 → transform [2030/1d30]
    • bigkernel in-place 1409e0/140ad0 (при флаге) ИЛИ op(scalar=xmm12/xmm8) [2270/22a0] + 140a40/140b00(band,band,scalar)
20. Инкремент i (52b3af–52b3c7), выход при i ≥ nbands.

Эпилог (52b3cd–52b935)

• GUI-snapshot блок (флаг 0x2404bc): копии векторов @0x540728 ← bands[i] (совпадает с consumers_out.txt:144-183).
• Остаток до 52b935: восстановить при транскрипции (вероятно dry/wet + mirror).

Состояния бидир-IIR (4 базы, лейаут {down,+0x80000 up,+0x80010/+0x100010 acc})

#	база	downCoef	upCoef	acc	длина
1–2 (52d650+инлайн)	0x440518	+0x10	+0x80010	+0x100010	nbin
3	0x2c04f8-группа	0x2404f8	0x2c04f8	0x3404f8	поле ctx+0x2404e8
4 ×2	0x340510/0x3c0510	0x340510	0x3c0510	0x440510	поле ctx+0x340500

Открытые вопросы к транскрипции

1. Точный op thunk 20f0/1850 в pre-combine #1 (ADD — кандидат).
2. Аргументный порядок 2000/1c40 (axpy) и 2060/2120.
3. Семантика bigkernel-семейства 1409xx/140axx/140bxx (какой где: exp2(-x), exp2(-x)·blend, mirror?).
4. Что пишется в track_i @0x540768[i] (writer вне метода — искать отдельной охотой; кандидат FUN_18052e9b0).
5. Эпилог 52b4eb–52b935.

ДОПОЛНЕНИЕ 22v: декод генератора коэффициентов

FUN_180530b60 (апдейт параметров, size=462)

• fVar2 = powf([ctx+0x540878], K1); fVar3 = powf([ctx+0x54087c], K2) (оба live = 0.5 — параметры attack/release-класса);
• лог-интерполяция констант → [ctx+0x540894] и [ctx+0x540898] (тау-скаляры);
• вызовы генератора на все три состояния:
  • 180533340(ctx+0x2404e8, tau=0x540894-ветка, C=DAT_1824c459c, sr, ...)
  • 180533340(ctx+0x340500, tau=[0x540894], ...)
  • 180533340(ctx+0x440518, tau=[0x540898], ..., mult=DAT_1824c4564)

FUN_180533340(state, tau, C, sr, p, mult) — ГЕНЕРАТОР КОЭФ. БИДИР-IIR

sr' = sr · DAT_1824c3d8c
acc = 0; downCoef[0] = 1.0 (int-пара {0, 0x3ff00000} @+0x10)
n   = state[0];  fc_norm = (C/sr')·n
for i in 1..n-1:
    g = (i <= fc_norm) ? fc_norm/i : powf(fc_norm/i, p)   # частотный варп!
    c  = 1/(g·tau/mult + 1)
    up[i]   = exp(c·g·tau/state[2] · DAT_1824c46b8)
    down[i] = 1 − up[i]

ЛЕЙАУТ СОСТОЯНИЯ СОШЁССЯ: downCoef[] @base+0x10, upCoef[] @base+0x80010 (pdVar6[0x10000] = +0x80000 байт), acc — скаляр в хвосте. Это ЧАСТОТНО- ЗАВИСИМОЕ сглаживание маски: сила растёт к низким бинам (1/i) с питч-законом выше кросса. Вот где «размазывание» нотча в реале — НЕ плоский IIR, который мы отвергли офлайн (22u), а пер-биновый варп!

Статус сбора (решение: без коммитов до первой валидации)

Незакоммичено: f529fe0_full.dis, BLOCKMAP_529fe0.md, thunk-резолвер, правки NOTES_LEVEL (22v будет добавлена при транскрипции). Следующий шаг — транскрипция process_frame_faithful по этой карте.

ДОПОЛНЕНИЕ 23b: резолв ILT + декод FIR-цикла (52b550–52b8bb)

Резолвер

scripts/ilt_resolve.py: стаб = mov eax,[rip+idx]; lea r10,[rip+tbl]; jmp [r10+rax*8]; live idx=4 у всех; таблицы @0x1826xxxx. Полная таблица «стаб→impl»:

стаб	impl	роль (уточн.)
0x180002210	0x136e0	copy scratch→FIR? (валидатор → 39de0/3a040/3a220)
0x180002180	0x125e0	complex-op A/C float (воркер 3a4a0; r9 НЕ передаётся ⇒ длина из объекта)
0x180001bb0	0x6a40	complex-op A/C double
0x180001a90	0x5560	complex-op B/D float — ЧИСТЫЙ FMA (fma=28, mul/add=0!)
0x1800019d0	0x4340	complex-op B/D double
0x180001880	0x2c60	paired-scalar op 1 (флаг-ветка)
0x180001ca0	0x9380	paired-scalar op 2
0x180001df0	0xb3c0	final op float
0x180001f70	0xe360	final op double
0x180140a10	0x141400→[1826181d8]=0x1802a24c0	дизайн float
0x180140a70	0x141580→[1826183c8]=0x1802fa420	дизайн double
2030/1d30	ffe0 / 9be0	scalar-transform
2270/22a0	14c40 / 15060	scalar-transform-2
2000/1c40	fb60 / 8700	axpy-класс
остальное	dc40,8d60,5a20,4720,4200,3f40,5160,25e0,ee20,3c40	как в BLOCKMAP ✓

Дизайн-тело 0x1802a24c0 (float, вход=rcx bands[i], выход=rdx scratch@0x540628)

Функция входа 0..0x675 (~1.6КБ), далее сиблинги. Алгоритм = ВЕКТОРНЫЙ LOG2 (range reduction бит-трюком с 0.6666667, полином Хорнера на YMM-константах −0.5, 0.3333656, −0.2500466, 0.198225, −0.1646246, 0.1696488, −0.1517721, реконструкция ×ln2=0.6931472; константы @FN+0x1cdfac0..d20). Маскированный хвост через vmaskmovps/popcnt-таблицы (@0x181F8xxxx). ИТОГ: scratch = log(bands[i]). Диспетчер 535a70 делает swap аргументов (rcx↔rdx) перед прыжком!

Структура FIR-цикла (полностью залочена)

На полосу: 2×scalar-transform(bands[i], xmm8·[540888] при флаге 540890==0, иначе xmm8; затем xmm12−xmm8) [ср. decomp 184-185: A=[0x540874]−expf(K), wet=[0x540888]] → DESIGN=log(bands[i])→scratch → copy(scratch→FIR@0x540668) [2210] → opA(FIR,buf548,buf598) [2180/1bb0] → FIR[n]=0 (n=0x540534=4096!) → 52d920(&FIR[1], xmm13, n/2−1) деление; 52db50(&FIR[2049], xmm9, n/2−1) → opB [1a90/19d0] → bigkernel in-place 140b30/140aa0 (n/2+1) → opC [2180/1bb0] → FIR[n]=0 → 52d990(FIR, WIN_freq+n/2, n/2) УМНОЖЕНИЕ на падающую половину Hann (WIN_freq=wperiodicHann4096: w[1024]=0.5,w[2048]=1.0!) → 52db50(&FIR[2048], xmm9, n/2) → opD [1a90/19d0] → FIR[0]=1.0, FIR[1]=0 → флаг-ветка: парно-скалярные 1880/ca0 → dry/wet scale ×[0x540888] над 2n флоатов → final(df0/f70) с сохранённым track_i ([rsp+0x138][i]).

Живые буферы (firtrace.py по s1/s2 + свежие захваты dual_b1q_0.5)

• 0x540658 WIN_freq = периодический Hann(4096), пик 1.0 @bin2048 (НЕ рамп 0.5→0.8!)
• 0x540758 freqaxis = линейный, шаг ≈11.713 Гц (≈48000/4096=11.71875, лёгкое занижение — похоже на накопительную ошибку f32 при построении суммой)
• 0x540598 = SIMD-маски: 8×1.0 / 8×0.0 периодом 16 флоатов, ровно 1024 шт (YMM lane-select для комплексных кернелов)
• 0x540550 NULL (float-путь активен, флаг 0x5408b8=0); 0x540628 scratch нулевой между колбеками; 0x540668 FIR = комплексная единица (1,0)×2049 бинов МЕЖДУ колбеками — кернел потребляется и сбрасывается внутри колбека
• 0x5406f8 хранит аудио-масштабный сигнал (~±0.1) между колбеками — overlap/STFT буфер conv-движка (не «нулевой acc»!)
• 0x540788 vs 0x5407f8 различаются (max 1.108; @171: 1.751 vs 1.409) — две РАЗНЫЕ кривые; ни одна не достигает нужных 3.89×@171 (11.82 дБ) ⇒ применённый фильтр ≠ поточечная копия любой из живых кривых (подтверждение разрыва 22y)

ДОПОЛНЕНИЕ 24l: точный декод FIR-цикла по дизасму (52b550–52b8bb) + константы

Инструмент: scripts/disasm.py (capstone, base 0x180000000 над soothe_mem.bin). ILT-резолв bigkernel-стабов даёт impl в 141100..141940 — все они IAT-thunk массивы (mov rax,[rip+..]; jmp rax) вне дампа ⇒ тела за импортами; НО последовательность и КОНСТАНТЫ цикла видны полностью:

Пошагово (float-ветка, флаг 0x540890==0):

52b5a3:  xmm6 = xmm8 · [ctx+0x540888]
52b5bf:  th2030(bands[i], xmm6, n)          ; bands *= 1.0·s888  (xmm8=double 1.0!)
52b5f6:  th2270(bands[i], xmm7, n)          ; scalar-transform-2
52b62f:  535a70(scratch@540628, bands[i], n/2+1)   ; DESIGN: swap→scratch=log(bands)
52b644:  th2210(rcx=scratch, rdx=0, r8=FIR, r9=n/2+1) ; копия (+упаковка?)
52b696:  FIR[n]=0                            ; float-индекс n=4096
52b69e:  52d920(&FIR[1], xmm13=-1.0, n/2-1)  ; РАЗДЕЛЕНИЕ НА −1 ⇒ ИНВЕРСИЯ ЗНАКА бинов 1..n/2!
52b6ab:  52db50(&FIR[n/2+1], xmm9=0, n/2-1)  ; ОБНУЛЕНИЕ верхней половины до exp!
52b6e1:  opB = th1a90(FIR, buf548, mask598, n/2-1)  ; FMA-complex (twiddle!)
52b716:  BIGKERNEL 140b30(FIR, FIR, n/2+1)   ; EXP in-place (тело за IAT)
52b74b:  opC = th2180(FIR, buf548, mask598, n/2-1)
52b76d:  FIR[n]=0
52b77c:  52d990(FIR, WINfreq+n/2, n/2)       ; окно: th2000-класс (FMA axpy!)
52b78c:  52db50(&FIR[n/2], xmm9=0, n/2)      ; верхняя половина ×0 снова
52b7ba:  opD = th1a90(...)
52b7d4:  FIR[0]=1.0f; FIR[1]=0
         если флаг f890!=0:
52b803:  th1880(FIR, {xmm10,xmm9}, n)        ; парно-скалярный с (−1|0.8, 0)
52b81f:  th1ca0(FIR, {xmm12,xmm9}, n)        ; парно-скалярный с (1.0, 0)
52b857:  th2030(FIR, s888, 2n)               ; ×wet (=1 live)
52b893:  final df0(FIR, track_i, n)

Константы (статические значения из дампа):

reg	адрес	значение	роль
xmm8	1824c4140 (double)	1.0	множитель шага 1 = NO-OP при s888=1
xmm13	1824c46a0 (double)	−1.0	делитель бинов 1..n/2 (ИНВЕРСИЯ!)
xmm9	xorps	0.0	обнуление верхних половин
xmm10	1824c4680 / 1824c3e28	−1.0 / 0.8	парный скаляр (0.8 активен в цикле)
xmm12	1824c3ea4	1.0	парный скаляр 2
xmm14	1824c4674	−0.7	(использование вне FIR)
xmm15	1824c4670	−0.5	(использование вне FIR)
xmm7	вычисл.	sens·[540870]-цепочка	аргумент th2270

СЛЕДСТВИЯ (меняют понимание построения кернела):

1. Перед EXP: бины 1..n/2 = −log(bands) ⇒ после exp = 1/bands (обратная величина!), бины выше = exp(0)=1. Экспонента применяется НЕ к спектру маски напрямую — вокруг неё twiddle-FMA стадии (ops B/C/D = радиальные проходы FFT-класса над упакованным вещественным спектром; buf548 = cos/sin таблица, mask598 = lane-select).
2. «×0.984» из 23d НЕ найден как константа цикла — либо внутри exp-IAT-обёртки, либо следствие нормировки twiddle-стадий. Требуется численная репликация пайплайна против живых захватов (rendersnap2 ph*.npz содержат готовые пары).
3. Шаг 1 и шаг ×s888 — no-op при дефолтных параметрах (s888=1, live 24j).
4. 52d920/52d990/52db50 = тонкие обёртки: 920→th2030/1d30 (scalar-op), 990→th2000/1c40 (axpy!), db50→то же. «УМНОЖЕНИЕ на окно» реализовано axpy-кернелом, «деление» — scalar-op.
5. Ops A–D работают над дескрипторными векторами (проверка тега [obj]==6 в 4ca80; ошибка 0xfffffff3 при несоответствии).

Динамика (попытки перехвата; окружение)

• realtime-playback НЕ тикает DSP (нет аудио-девайса; треды спят в futex); кривые 22y = результат инициализации при загрузке проекта
• -renderproject: полный цикл init+render+exit хоста занимает ~0.8 c (host@1.2s, workers@1.4s, wav@1.6s, exit@2.0s); обработка идёт в окне ~0.5 c
• INT3-ptrace: SEIZE+TRACECLONE обязательны до CONT (иначе untraced thread ловит SIGTRAP и убивает процесс — подтверждено); DR-брейкпоинты: DR0@user+0x380, но POKEUSER DR7 даёт EIO. Скрипты: fntrace*.py, fnhw.py, fnall.py, firstop.py, firtrace.py, hotips.py (см. scripts/)
• Вывод: FUN_180529fe0 и 52d650/536300/52e260 НЕ ловятся в рендер-окне — маск-цепь выполняется при ЗАГРУЗКЕ/изменении параметров, стационарный рендер использует закэшированный кернел; либо трассировать надо момент инициализации
• Выход плагина НЕдетерминирован: md5 двух свободных рендеров различен при одинаковом rms (PRNG-дизеринг из LCG-прологов) — метрика только спектральная!

ДОПОЛНЕНИЕ 24t: ТОЧНЫЕ СЕМАНТИКИ СКАЛЯР-ОПОВ + опознание 563a60

Инструмент: scripts/disasm_func.py (полный дизасм функции с резолвом RIP-констант инлайн).

Тела скаляр-трансформов (float-ветки):

стаб/impl	семантика	спец-случаи
th2030→ffe0	dst[i] *= scalar	scalar==1 → скип; ==0 → zero-fill
th2270→14c40	dst[i] += scalar	scalar==0 → скип
Оба: скалярный хвост + AVX2 основной цикл (vmulps/vaddps ymm). Двойные
ветки (1d30/22a0) аналогичны на sd/pd.

FUN_180563a60 = init-time ПОСТРОИТЕЛЬ таблицы (не per-bin!)

• Один caller: 1805636c2 (init-семейство).
• Константы пролога: xmm11=8.68589 (20/ln10 — ln⇒дБ!), xmm12=1/1024, xmm14=0.5, xmm10=2, xmm9=−1, xmm6=1; вызов IAT 181a14cd0 (log-класс) над double из [obj+0x4198], ×8.68589 → дБ, запись пар во вектор ([obj+0xe0], рост через realloc 56c640).
• Вывод: строит дБ-доменную таблицу парами при param-rebuild — согласуется с «LUT» ролью. Хвост с вирт. вызовом [rax+0x10] не декодирован.

Алгебра T1: обе формы фитуют серию драйва (8 точек недоопределены)

• softplus α·ln1p(L/β)+c: rms 0.016 (α=3.2193 β=0.4927 c=0.542)
• LUT-форма t=((dB−A)/(B−A))^γ·M: rms 0.029 (A=−36.2 B=20.0 γ=2.097 M=10.49) Различить только декомпом тракта am/res→scratch или бОльшим числом точек.

Открытые микровопросы

1. Значение xmm7 на входе th2270 в FIR-цикле (52b5f6): трассировка от 52a583; если mix^p=1 → «bands+=1» противоречит провалам ⇒ xmm7 иной либо порядок аргументов иной.
2. Раскладка объекта-вектора (тег 6) для ops A–D.

ДОПОЛНЕНИЕ 24u: WIN_WINDOW движка — кусочное окно аудио-пути

Таблица WIN_WINDOW[8193] (dsp/tables_data.hpp, live-захват):

• [0]=0.500000, плавный подъём до [2048]=0.800000, затем СКАЧОК до 1.0 и единица до конца ([2049..8192]).
• Длина перехода = РОВНО 2049 сэмплов = число бинов кернела (4096-сетка)!
• Формула перехода не каноническая (ханн/синус/степенные не сошлись, maxdiff ≥0.09); для репликации достаточно встраивания таблицы как есть.
• Структура намекает: блок аудио 8192 сэмплов ({16384,8192} из cfg движка), первые 2049 позиций получают взвешивание 0.5..0.8 (область «кернельного взаимодействия»?), остальное прозрачно; 0.8 подозрительно = blend. Проверка употребления — в resize fe00 / audio-клее (следующий раунд).

Движок dc30: карта инициализаторов (24u)

ctor 18052dc30 вызывает: 5335c0 (×2 — до/после валидатора), 534550 (×5 — регистрация конфиг-итемов, аргументы edx из стека [rsp+0x30..0x4c] = цепочка {2,4096},{16384,8192},{2,257}), затем ILT-стабы 2240/1c10. Следующий шаг декода: тела 534550/5335c0 + употребление WIN_WINDOW (по xref на таблицу или указатель из объекта).

ДОПОЛНЕНИЕ 24w-3: ЖИВЫЕ КОНСТАНТЫ ГЕНЕРАТОРА 533340 (параметры частотных IIR)

Из scalar-bank (rendersnap2 v4+) на дефолтных параметрах multi:

p (экспонента)      = [ctx+0x54087c] = 1.000000
tau1                = [ctx+0x540894] = 1200.000122
tau2                = [ctx+0x540898] = 180.000015
mult (стадия-3)     = DAT_1824c4564  = 360
C_hz                = DAT_1824c459c  = 1000
константы 530b60    : 0.7, 2, 800→(×2)=1600, 1200, 15, 9, 180, 0.01,
                      [540898]=180*p+xmm6 (формула видна в дизасме)

Формула тела подтверждена дизасмом: g=min(fc_norm/i,(fc_norm/i)^p); c=1/(1+g*tau/mult); up=exp(...); down=1-up. Эксперимент: одноразовый bidir с этими коэф. НЕ двигает центр кривой ⇒ q-зависимость катов не через эти IIR напрямую; тракт между main-loop и scratch содержит ещё этапы (ops A–D / steps 9–19 BLOCKMAP).

ДОПОЛНЕНИЕ 24z: FUN_180563a60 ДЕКОДИРОВАН ПОЛНОСТЬЮ — ЭТО ДЕТЕКТОРНАЯ LUT-ФОРМА!

Постройка (на каждый банд, 1024 точки, вход double[+0x4198+i·8], выход пары-floats в вектор [+0xe0], stride вектора 0x18):

dB    = log(input) · 8.68589
idx   = i / 1024                      → store[2j]
t     = (dB − A) / (B − A)            ; A=[sub+0], B=[sub+4] (sub=obj@[rcx+0x180])
t     = clamp(t, 0, 1)
если γ(=[sub+0xc]) ≠ 1:
  если [sub+0x10]==0: out = t^γ                    (классика)
  иначе             : out = sign(2t−1)·|2t−1|^γ + 1  (симметричный режим!)
else: out = t
out  *= 0.5                            → store[2j+1]

Виртуальная альтернатива: [sub+0x90]!=0 → вызов sub vtbl+0x10 с клампом [0,1]. ⇒ ЭТО ТА САМАЯ ФОРМА, ЧТО ДАЛА ФИТ cut=LUT(A,B,γ,M)! Стадия компрессии уровня найдена материально: A/B/γ живут в объекте [band+0x180], заполняются сеттерами. Осталось: снять их live-значения для наших конфигов (расширить scalar-dump на [ctx+0x180]-объект) и найти потребителя таблицы (интерполятор dB→out) в аудио-тракте.

ДОПОЛНЕНИЕ 24cc: точная формула коэф. 533340 (дизасм+live)

[state+8] = n = 2049 (∀ трёх состояний; live probe_states.py).

fc_norm = (X/(sr·0.5))·n            ; X=xmm2 (C_hz=1000 или tau — уточнить)
g(i)    = min(fc_norm/i, (fc_norm/i)^p)   ; p=[ctx+0x54087c]=1 @defaults
c       = 1/(1 + g/mult)            ; mult=360 (стадия-3)
arg     = |c| · g / n               ← НАСЫЩАЮЩАЯ форма (пол g→mult/n)
up[i]   = exp(arg · (−2π))          ; down[i]=1−up[i]

При дефолтах down ∈ [0.003..0.19] — очень мягкие сглаживатели; эффект только каскадом в полной цепочке шагов 9–19. Осталось уточнить: роль xmm13 (множитель перед c), знак/конст экспоненты, соответствие X=C_hz-vs-tau.

ДОПОЛНЕНИЕ 24ff: семантика шага 11 (fma att/rel) — тройки (re,im,coef)

Цепочка вызова: ee20 → 487a0 → 1065c0; воркер получает r10=n/2·12 байт ⇒ элементы по 12 байт = (dst_re f32, dst_im f32, coef f32). Call-site (52ac70–52acd4):

шаг 11a: fma(rcx=f6f8_upper, rdx=ATT@[5406c8], r8=ACC_i, r9=n/2)
шаг 11b: fma(rcx=f6f8_lower, rdx=REL@[5406e8], r8=ACC_i, r9=n/2)

⇒ семантика: f6f8[k] += coef[k]·ACC_i[k] (комплексный axpy с пер-биновым скаляром), верхняя половина спектра — с ATTACK коэф., нижняя — с RELEASE. ACC_i персистентен между кадрами ⇒ утечный интегратор: стационар ACC = input/(1−coef); усиление 1/(1−att): @43=2.57 @85=2.93 @171=3.42. Коэф. массивы СТАТИЧНЫ (∀ конфигов бит-в-бит — проверено dual/qmap/sens18). Гипотеза: резонансное усиление ACC объясняет k>1 аномалии уровней (q2: impl/ours=2.48 ≈ A(85)); точная алгебра подачи ACC в кривую — в остатке шагов 13–19.

ДОПОЛНЕНИЕ 24gg: шаг 12 — ЭТО КОПИЯ (исправление BLOCKMAP)

th1b80→6840→1a5a0→181a646c0 = ЧИСТЫЙ MEMCPY (vmovdqu без арифметики). «acc_i += bands[i]» из старого BLOCKMAP — НЕВЕРНО; реально копия (направление/роли rbx/rbp уточнить трассировкой регистров через цикл — аргументы на 52acf8: rcx=rbx, rdx=rbp, r8=n; значения rbx/rbp меняются через 52ac98 [0x5406e8] и др. — нужен полный dataflow-проход шагов 9–19).

Следствие: если acc_i не накапливается сложением, «резонансная» гипотеза 24ff требует пересмотра — возможно ACC обновляется через fma шага 11 (ACC входит как источник), а шаг 12 синхронизирует массивы.

Статус декода шагов 9–19 (24ff+24gg)

• шаг 11: f6f8[k] += att/rel_coef[k]·ACC_i[k] ✓ (тройки re,im,coef)
• шаг 12: COPY (не add!) ✓ исправлено
• шаги 13–16: th2270-add ветка с xmm6=xmm12−[54087c]; bigkernel 140950; axpy 2000/1c40 с vec@540778 — тела не декодированы
• полный dataflow-проход = задача следующего раунда (связная, ~сессия)

ДОПОЛНЕНИЕ 24hh: DATAFLOW шагов 9–12 (точный, из дизасма)

шаг 9a: vec698 *= (xmm12 − [54087c])          ; th1a00=MUL; при 1−1=0 → ZERO
шаг 9b: vec6f8 += 0.8                          ; xmm10=0.8 ([1824c3e28]); th2270=ADD
шаг 9c: bigkernel 140b60(vec6f8, bands_curve_i, vec6f8)
шаг 10: vec6f8 = bands_curve_i − ACC_i         ; dc40: out[r8]=rdx−r10 ✓COMBINE
шаг 11: f6f8_upper += ATT[k]·ACC_i[k]          ; тройки re/im/coef
        f6f8_lower += REL[k]·ACC_i[k]
шаг 12: COPY(...)                              ; направление уточнить

Регистры: rbx↔vec698/6f8/acc_i, rbp↔bands_curve/[5406e8], r14=vec6f8. Картина: строится КОРРЕКЦИОННАЯ кривая (bands−ACC), модулированная att/rel-огибающими ACC — адаптивная петля редукции. Остаток прохода: шаги 13–19 + эпилог + связь с FIR-секцией (52b3cd+).

ДОПОЛНЕНИЕ 24ii: семантики шагов 13–16 + ИСПРАВЛЕНИЕ th2000

th2000/fb60 (и 1c40/8700) = ПОЭЛЕМЕНТНОЕ УМНОЖЕНИЕ МАССИВОВ (dst[k] *= src[k]) — НЕ axpy! Исправляет интерпретации:

шаг 13 (флаг≠0): зеркало шага 9 (vec698*=..., vec6f8+=0.8·..., bigkernel)
шаг 14: bands_curve += (−1.0)         ; константа [1824c4680]=−1 через th2270!
        затем bigkernel 1409e0/140ad0 IN-PLACE на bands_curve
шаг 15: bands_curve *= track_i        ; th2000 array-multiply
шаг 16: bands_curve *= kWarp@[5406a8] ; th2000 array-multiply
шаг 17(флаг): bigkernel in-place ещё раз

Картинка: кривая центрируется (−1), проходит нелинейность (bigkernel, вероятно exp/abs — тела за IAT), модулируется track и warp. Против log-входа design'а значение после этих шагов должно быть >0.

Bigkernel-тела за ВЛОЖЕННЫМ диспатчем

Таблицы стабов содержат смесь IAT-слотов и внутренних адресов (напр. table[7]=140a00), но внутренние ведут к call runtime-helper + НОВЫЙ ILT-стаб с собственной idx-ячейкой (паковка/протектор). Статическое разворачивание обрывается. Тела bigkernel'ов (exp/abs-нелинейность шага 14/17) остаются за пакером — при необходимости снимаются дампом памяти ВОКРУГ вызова в рантайме (STOP + чтение таблиц после инициализации).